Заказ дипломной работы

Если Вы желаете приобрести готовую дипломную, курсовую, контрольную работу с нашего сайта или если вы хотите, чтобы мы написали для Вас новую курсовую или дипломную работу, Вы можете сделать заказ дипломной или курсовой работы, написав на e-mail diplomnye-istorii@yandex.ru

Исторические портреты: Александр III

Рубрики: Рефераты> История> Это интересно!

История – наука о прошлом. И историю, как мы знаем, делают люди. Период правления династии Романовых подарил нашей истории великих реформаторов, таких, как Петр I и Александр II. Среди императоров были и те, кто прославился победами на военном поприще. Ярким примером тому — Александр I, которого нарекли освободителем после Отечественной войны 1812 года. А кому-то из правителей небезразлична была судьба российского просвещения, о чем свидетельствуют, например, преобразования Екатерины II.

Все это мы узнаем, изучая официальные источники, которые могут дать представление о действиях человека, но опускают такие важные порой детали, как его мысли и побуждения, не могут помочь в полной мере раскрыть его характер. Вот почему, взявшись за определенную тему, важно обращаться не только к собраниям законов, указам, изданным в данный период, и отчетам о проделанной работе, хотя они являются наиболее объективными историческими источниками. Любой историк привлекает для своих исследований литературные памятники, в том числе воспоминания, письма, мемуары, поскольку именно эти источники придают повествованию яркость и образность, позволяют представить жизнь людей, живущих столетия назад, во всех ее проявлениях.

Попробуем восстановить портрет императора Александра III, этого «русского богатыря», суровая внешность которого заставляла трепетать многих видных государственных деятелей. В народе его прозвали Миротворцем в силу того, что в период его царствования не только не происходило военных конфликтов, но и значительно укрепились международные отношения со странами Западной Европы, усилилось влияние Российской Империи на Балканах, расширились территории в Средней Азии и на Дальнем Востоке.

Очень красноречивы воспоминания русского художника Александра Бенуа о своей первой встрече с Александром III в 1889 году: «И тут я впервые  увидел Александра III совершенно близко… Меня поразила его «громоздкость», его тяжеловесность и как-никак – величие. До тех пор мне очень не нравилось что-то «мужицкое», что было в наружности государя, знакомой мне по его официальным портретам… И прямо безобразною казалась мне на этих портретах одежда (мундир) государя,— особенно в сравнении с элегантным видом его отца и деда. Введенная в самом начале царствования новая военная форма с притязанием на национальный характер, ее грубая простота, и хуже всего, эти грубые сапожищи с воткнутыми в них штанами возмущали мое художественное чувство. Но вот в натуре обо всем этом забывалось, до того самое лицо государя поражало своей значительностью. Особенно поразил меня взгляд его светлых (серых? голубых?) глаз. Проходя под тем местом, где я находился, он на секунду поднял голову, и я точно сейчас испытываю то, что я тогда почувствовал от встречи наших взоров. Этот холодный стальной взгляд, в котором было что-то и грозное, и тревожное, производил впечатление удара. Царский взгляд! Взгляд человека, стоящего выше всех, но который несет чудовищное бремя и который ежесекундно должен опасаться за свою жизнь и за жизнь самых близких! В последующие годы мне довелось несколько раз быть вблизи императора, отвечать на задаваемые им вопросы, слышать его речь и шутки, и тогда я не испытывал ни малейшей робости. В более обыденной обстановке (при посещении наших выставок) Александр III мог быть и мил, и прост, и даже… «уютен». Но вот в тот вечер в Мариинском театре впечатление от него было иное,— я бы даже сказал, странное и грозное».

Этот словесный портрет очень похож на производящую подобное впечатление на зрителей бронзовую статую императора, созданную знаменитым итальянским скульптором русского происхождения Паоло Трубецким. «Грозная и тревожная фигура гиганта, при встрече могущая вызвать лишь страх и желание посторониться». С.Ю. Витте, министру финансов, принадлежала идея создания этого памятника, и он же подтверждал в своих воспоминаниях, что Александр III действительно подобным образом воздействовал на людей, и даже членов своей семьи умел «держать в решпекте».

В чем причина столь пронизывающего взгляда и внешней неприступности? Ведь по свидетельствам современников, он был «добропорядочным обывателем и прекрасным семьянином». Видимо, причина кроется в том, что Александр был вторым сыном в семье, и изначально наследовать трон и управлять страной предназначено было старшему сыну Николаю.  Именно его воспитывали, обучали и серьезно готовили к государственной деятельности. Однако пройдя процедуру принесения официальной присяги и получив отдельные апартаменты в Зимнем дворце, Николай был отправлен в длительную поездку по западной Европе, где ему предстояло познакомиться с многочисленными близкими и дальними родственниками, наладить связи и присмотреть для себя невесту. Надо признать, все это он выполнил: в Дании сделал предложение принцессе Дагмаре, и она ответила согласием. Но морские купания отрицательно сказались на  здоровье царевича, уже в начале апреля 1865 года он серьезно заболел, а 12 апреля Николай скончался: врачи диагностировали воспаление спинного мозга.

И в тот же день, согласно закону о престолонаследии, цесаревичем стал Александр III, которого в семье ласково называли «бульдожка» и считали, что он не только не готов к управлению огромным государством, но даже не обладал какими-либо особыми талантами. Великая княгиня Елена Павловна говорила о том, что «управление государством должно перейти к Владимиру Александровичу», его учитель А.И. Чивилев считал перспективу воцарения Александра просто ужасной. С.С. Татищев, составляя официальную биографию цесаревича приводил такую характеристику: «По свойствам своего ума и нрава Александр Александрович представлял полную противоположность старшему брату. По отзыву Грота, в нем не замечалось внешнего блеска, быстрого понимания и усвоения; зато он обладал светлым и ясным здравым смыслом, составляющим особенность русского человека, и замечательной сообразительностью, которую он сам называл «смекалкою». Учение давалось ему, особенно на первых порах, нелегко и требовало серьезных с его стороны усилий… Александр Александрович отличался в классе внимательностью и сосредоточенностью, прилежанием и усидчивостью. Он любил учиться, на уроках допытывался… до корня, усваивал, хоть и не без труда, но обстоятельно и прочно». Это явно приукрашенный и подретушированный портрет. И, следуя дальше по страницам сочинения, можно убедиться в этом, читая выдержки из писем наставника Александра III, графа Б.А. Покровского, который жаловался императору на ребячество воспитанника, его нежелание понять материал. Все это было бы не так критично, не случись несчастье с его братом.

Но среди положительных качеств Александра значились такие достойные черты характера, как честность, открытость, искренность, застенчивость, доброта, благожелательность и глубокое чувство ответственности по отношению к своим близким. Новые условия диктовали новые требования, и, в конечном счете, именно ответственность и внутренняя дисциплина помогли Александру стать достойным наследником. Он принял присягу, и под руководством известных ученых К.П. Победоносцева, С.М. Соловьева, Ф.И. Буслаева, Ф.Г. Тернера занимался изучением истории, права, экономики, хотя на это оставалось теперь не так много времени: его присутствия требовали многочисленные официальные приемы и встречи, свадьбы, балы, военные смотры. В октябре 1866 года он женился на невесте своего покойного брата, заключив взаимовыгодный альянс, несмотря на то, что питал нежные чувства к княжне М.Э. Мещерской. Неожиданно для всех брак оказался счастливым, принцесса Дагмара при крещении получила имя Марии Федоровны и родила шестерых детей. Александр очень любил свою семью, детей. В письмах Победоносцеву он делится своими чувствами: «Рождение дочери есть самая редкая минута жизни и описать ее невозможно, потому что это совершенно особенное чувство». Все окружающие замечали эту теплоту в отношениях и уют в их семье.

Можно сказать, что обучение Александра III нелегкому делу царствования происходило по большей части сразу на практике. Александр II сразу приобщил сына к обязательному участию в заседаниях Комитета и Совета министров, Государственного совета. Однако позиция цесаревича на этих мероприятиях была чисто номинальная: он смотрел и слушал, не высказывая своего мнения. Это было настолько привычным, что когда однажды Александр II обратился к сыну с каким-то вопросом в ходе обсуждения, это вызвало большое удивление среди участников заседания, в частности военный министр Д.А. Милютин отмечал позже в своем дневнике: «Никогда еще не случалось в… заседаниях Совета, чтобы государь спрашивал его мнение».

Несмотря на это, внутреннее противостояние политике отца чувствовалось, хотя открыто он не решался возражать Александру II, истинному государственному реформатору, который часто соглашался на компромиссы, пытаясь не обострять вопросы внутренней и внешней политики.  По-разному они смотрели на национальную политику и чрезвычайные меры в Царстве Польском, проведение военной и судебной реформы. Постепенно вокруг Александра III собирается группа единомышленников, которые понимали, что будущее России за ним. Участвуя в обсуждении государственных дел в 1860-70 гг. он проходит своеобразную стажировку, он становился на какое-то время во главе важных преобразований.

Так, в 1867-1868 гг. в результате неурожаев, огромное количество крестьян осталось с пустыми закромами, и правительством была создана специальная комиссия по сбору пожертвований на покупку хлеба, во главе которой стоял цесаревич. Во многом этот ход был сделан с целью связать имя наследника с благородной акцией и избежать недовольства и критики властей, но современники отмечают, что Александр III искренне жалел крестьян, оставшихся без поддержки дворян и без хлеба. 23 января 1868 г. в комиссия разработала план действий, согласно которому продажа хлеба шла крупными партиями, чтобы обеспечить стабильность цен на него в неурожайных губерниях. Естественно, для этого срочно требовались деньги, и Александр III лично просил у отца 1 млн. руб. Деятельность комиссии помогла уменьшить нехватку хлеба, а также приостановить вызванное неурожаем крупное переселенческое движение.

Еще одним крупным испытанием для наследника престола стала русско-турецкая война. Против военного вмешательства в дела Османской империи единодушно выступали министр внутренних дел А.Е. Тимашев, министр финансов М.Х. Рейтерн и военный министр Д.А. Милютин. Цесаревич, участвовавший во всех совещаниях по вопросу международных отношений, которые проводились в 1876 г. в Ливадии, также выражал несогласие с позицией Александра II о необходимости вступления в войну, за что император неоднократно упрекал сына. Однако аргументов в пользу военных действий оказалось больше, и многие члены царской фамилии отправились на передовую. Наследник престола командовал в течение года Рущукским отрядом, входившим в состав Дунайской армии, и, несмотря на то, что в этом районе было относительно спокойно, историки считают, что отряд Александра III выполнил свое боевое предназначение, создав блок для турецких войск, и не позволив им прорвать фронт и подойти к переправам. Наследник на собственном опыте прочувствовал радость побед и горечь поражений, осознал недостатки стратегии и промахи командования. Он очень привязался к солдатам и офицерам из своего отряда, общался с ними очень просто и демократично, его шатер являлся не только боевым штабом, но и местом, где могли собраться и пообщаться в непринужденной обстановке его боевые товарищи. Свободное время Александр III посвящал археологическим раскопкам. Его участие в войне было отмечено двумя наградами: орденом св. Георгия 2-й степени и орденом св. Владимира.

По возвращении Александр III приступил еще к одному важному мероприятию – созданию Добровольного флота, который существовал вплоть до 1917 года. В одном из своих писем К.П. Победоносцеву, наследник негодовал на то, что «морское министерство не желает обращать внимание на новейшие суда, а исключительно занялось погаными поповками и сорит на них русские миллионы десятками». Благодаря поддержке со стороны князя Константина Николаевича Александр III создал эту торгово-мореходную организацию на основе добровольных пожертвований, уже к  1879 г. закупив за границей первые океанские суда крейсерного типа. Более того, наследник тщательно следил, чтобы доходы от перевозок шли на пополнение флота, набор квалифицированных специалистов, неоднократно он сам встречался с моряками, общался с прессой, следил за перемещениями судов. Позже Добровольный флот перешел в ведение Морского министерства и стал субсидироваться государством, однако его основание и развитие на первых порах можно смело приписать инициативе и энтузиазму цесаревича.

Еще одним важным деянием Александра III стало создание Русского исторического общества, которое за период своей деятельности выпустило в свет 150 томов различных исторических документов и энциклопедический справочник «Русский биографический словарь». Открыть научное общество было совсем непросто, учреждение требовало штата и хотя бы минимальных средств на свою деятельность. Устоявшаяся практика назначения в качестве почетных членов обществ высокопоставленных покровителей помогала отчасти стимулировать материальные пожертвования и вступление в него новых людей. По примеру уже существующих на тот период Экономического, Юридического и Географического обществ, в марте 1866 г. 12 учредителей в лице П.А. Вяземского, А.Ф. Бычкова, М.А. Корфа, Д.А. Толстого, М.И. Богдановича и других видных ученых собрались, чтобы принять положение о создании Русского исторического общества, целью которого стало поддержание интереса к отечественной истории и ее дальнейшего изучения. Цесаревич принял почетное звание председателя этого общества.

Научное историческое общество стало специализироваться преимущественно на истории XVIII века, и Александр III был частым посетителем на его «обыкновенных, чрезвычайных и годовых» заседаниях, знакомясь с историческими исследованиями. Часто эти заседания проходили в Аничковом дворце, его царской резиденции. Надо отметить, что председательство Александра Александровича не являлось чисто номинальным, что было довольно характерным явлением для других научных обществ того времени. Более того, будучи императором, он приглашал на заседания уже подросшего великого князя Николая Александровича, и тот «с удовольствием слушал разговоры о российской истории».

Увлечение Александра III военной музыкой также дало впоследствии положительный результат: вокруг цесаревича сформировался кружок любителей духовой музыки, сам Александр III играл на корнет-а-пистоне, а позже на основе этого кружка был создан первый в России настоящий духовой оркестр.

Конец 70-х гг. XIX века связан не только с расширением обязанностей наследника, который в отсутствие императора решал дела внутренней политики, но и с ухудшением социальной, экономической и политической обстановки в стране. По результатам реформ Александра II, затронувшим многие сферы жизни, большинство сословий остались недовольными, вся Россия находилась в состоянии ожидания. Участие в войне ухудшило материальное положение и лишило правительство возможности финансовых маневров, крестьянство уповало на расширение собственных наделов за счет господских земель, народовольцы обратились к террористическим методам политической борьбы, оппозиция сверху требовала упрочить дворянское землевладение и как можно быстрее завершить буржуазно-демократические реформы, начатые Александром II. Покушения на Александра II также заставляли нервничать правящие круги, и на заседаниях все чаще обсуждался вопрос о том, какие меры предпринять: подвергнуть репрессиям или успокоить общественное движение за счет значительных уступок. Сам наследник характеризовал ситуацию в стране в 1879 г. как «грустное и страшно тяжелое положение».

Положение в сфере государственных кругов усугублялось существованием длительного романа императора с Е.М. Долгоруковой, женщиной, которая была моложе его на 30 лет и имела от него детей. Более того, император перевез гражданскую семью в Зимний дворец в то время, как его законная жена Мария Александровна болела чахоткой. В 1880 г. она умерла, и цесаревич, трепетно относившийся к семейным узам и искренне любивший мать, был в негодовании от поступка отца, который не только не был в последние минуты жизни рядом с супругой, но и тайно обвенчался с Долгоруковой, не выдержав положенного траура. Чтобы не накалять отношения с сыном Александр II увез свою новую семью в Ливадию, принимая министров и  занимаясь наиболее важными делами в Крыму. За короткий период времени Е.М. Долгорукова, получившая титул княгини Юрьевской, утвердилась на месте покойной императрицы. Александр III не шел на сближение, избегал встреч с мачехой.

В это время в Петербурге по инициативе наследника была создана Верховная распорядительная комиссия во главе с М.Т. Лорис-Меликовым. Сделано это было после взрыва в Зимнем дворце с целью навести порядок, руководствуясь в основном репрессивными методами. Александр II, напротив,  не был сторонником чрезвычайных мер. И Лорис-Меликов, видя общее либеральное направление императорских взглядов, стал продвигать идею привлечения земских и городских представителей к законосовещательному процессу. Эта идея уже неоднократно обсуждалась на заседаниях правительства, но была отвергнута Александром II в 1863, 1866, 1874 и 1879 гг. в силу неоднозначности обстановки. В начале 1880 г. ситуация изменилась, конституционная идея нашла большое количество сторонников, и император решил использовать это средство для установления мира. Проект представительных учреждений, который был разработан уже давно, получил шанс быть утвержденным, а перед Россией открывалась возможность изменить организацию внутренней политики, заменить постоянную конфронтацию власти и общества на цивилизованный, конституционный путь развития.

Покушение на императора 1 марта 1881 г. и его скоропостижная смерть поставили под угрозу проект Лорис-Меликова, в опубликованном манифесте о воцарении Александра III не было прописано, что новый император продолжит реформы отца, а было лишь намерение «пещись о России по завету наших предков». А.В. Адлерберг предположил, что «мученическая кончина государя, быть может…  спасла блестящее царствование от бесславного и унизительного финала». Российское общество замерло в ожидании дальнейшего поведения Александра III: высказывалось множество предположений вплоть до объявления его сторонником конституции.

Объективную оценку личности Александра Александровича давал живший в то время во Франции русский писатель И.С. Тургенев. Несмотря на то, что он долгое время проводил за границей, переживания за Россию и искреннее желание увидеть свою великую страну цивилизованной и достойной гордости граждан, являлось постоянным лейтмотивом его произведений. Летом 1879 г.  в Париже Тургеневу довелось встретиться с цесаревичем, и свои впечатления о будущем императоре он ярко изложил позже в статье «Александр III», написанной в одной из популярных французских газет с целью создать благоприятный образ русского государя. Акцентируя внимание на положительных качествах императора, Тургенев, тем не менее, смог с присущей ему деликатностью указать и на недостатки. Так, например, он отметил, что Александр III недостаточно образован и получил преимущественно военную подготовку, упомянул о национализме императора, заранее развеял надежды сторонников конституции.

Несмотря на прохладное отношение к своей мачехе, Александр III после смерти отца позаботился о будущем ее семьи, обеспечив им ежегодное содержание, «приличествующее сану» за границей.

О твердости и жесткости решений Александра III говорят действия, предпринятые им по отношению к участникам покушения. Невзирая на лекцию В.Л. Соловьева о христианской морали, которая требовала отказа от смертной казни, призывала к помилованию, в этом вопросе он остался непреклонен. Он заявил: «Будьте покойны, с подобными предложениями ко мне не посмеет прийти никто, и что все шестеро будут повешены, за это я ручаюсь». И в последующие годы царствования Александра III против радикальных слоев общества принимались самые крутые меры.

На заседании 8 марта 1881 г. император указал на тот путь дальнейшего развития, который он выбрал для страны. В качестве оппозиции проекту Лорис-Меликова он пригласил на его повторное обсуждение С.Г. Строганова и К.П. Победоносцева. Они пользовались традиционными аргументами о том, что предложения Лорис-Меликова несвоевременны, чужды русским обычаям, ограничивают абсолютные права императора. Сторонники проекта, рискуя статусом и карьерой, сделали все возможное, чтобы убедить присутствующих, и в первую очередь царя, в своевременности и крайней необходимости изменить существующий порядок разработки законов. И, надо отдать должное А.А. Абазе и Д.А. Милютину, которые смогли добиться от императора согласия на создание кабинета министров, где планировалось проводить заседания без императора, принимать решения большинством голосов и представлять их на рассмотрение государю. Разрешение  было получено 21апреля 1881 г.

Несмотря на это, император в своем письме брату Владимиру четко давал понять, что «никогда не допустит ограничения самодержавной власти». То же настроение прозвучало и в его письме Победоносцеву от 21 апреля 1881 года: «Сегодняшнее наше совещание сделало на меня грустное впечатление… Лорис, Милютин и Абаза положительно продолжают ту же политику и хотят так или иначе довести нас до представительного правительства, но пока я не буду убежден, что для счастья России это необходимо, конечно, этого не будет, я не допущу».

Интересно и то, как отреагировал Александр III на донесение российского посла в Германии по поводу выступления Бисмарка за «русский путь» развития и за сохранение самодержавия. На тексте донесения император сделал заметку: «Дай бог, чтобы всякий русский, особенно министры наши, поняли наше положение, как его понимает кн. Бисмарк, и не занимались бы несбыточными фантазиями и паршивым либерализмом. 29 апреля 1881 г. Александром III был объявлен манифест, провозглашавший намерение императора сохранить единовластие и обойтись тем самым без сотрудничества с обществом. Следствием манифеста стала череда последовавших отставок – министра внутренних дел, военного министра и министра финансов. Каждый из них был крупным либеральным деятелем, совершившим важные изменения в своей сфере. Лишь Лорис-Меликов явился случайным человеком в среде реформаторов и показал способность приспосабливаться к новым условиям и быть среди наиболее активных государственных деятелей, что немаловажно для чиновника.

Милютин – яркий представитель эпохи Великих реформ более 20 лет занимался преобразованиями в российской армии. Замена его менее опытным, менее образованным П.С. Ванновским стало большой потерей для России, так же, как и уход из министерства финансов А.А. Абазы, назначенного на эту должность меньше года назад. Вдвоем с его последователем Н.Х. Бунге они могли бы составить превосходный тандем. В одиночку Бунге пришлось гораздо сложнее: он не обладал всеми необходимыми качествами руководителя, хотя являлся отличным аналитиком и разработчиком программ и проектов; он здраво судил о задачах финансовой политики, но был лишен той особой энергии и бойцовских качеств, которые позволяли претворять проекты в жизнь. Более того, вскоре он стал объектом нападок известного журналиста М.Н. Каткова, который считал Бунге обломком либерализма предшествующего периода, чужеродным элементом в системе «истинно русских людей», которыми себя старался окружить новый император. Сохранилось трогательное заявление Александра III по этому поводу: «Есть господа, которые думают, что они русские, и никто более. Уж не воображают ли они, что я немец или чухонец? Легко им с их балаганным патриотизмом, когда они ни за что не отвечают».

В это же время было предложено уйти в отставку великому князю Константину Николаевичу, стороннику либеральных реформ и активному деятелю в таких сферах, как устройство сельского состояния и высшее законодательство страны. На смену бывшего председателя Государственного совета пришел другой дядя императора Михаил Николаевич, человек несведущий, не интересующийся законодательством и абсолютно не подготовленный к подобной работе. Главой российского флота стал великий князь Алексей Александрович.

Своими действиями Александр III показывал неприятие политики отца и нежелание работать с представителями предшественника. Это не осталось без внимания со стороны старшего поколения Романовых, и уже осенью 1882 г., собравшись в Крыму, великие князья Михаил и Константин Николаевичи отмечали нынешнее «ненормальное положение дел», «ломку» старых порядков, отказ от всего, что было сделано Александром II. Причину этого они видели в детских обидах наследника, недостатке родительского внимания. «Отсюда безотчетное желание переиначить все существующее, хотя бы только для того, чтобы возвратиться к существовавшему когда-то и уже забытому».

Назначения на государственные посты «истинно русских» порой заканчивались провалом. Так, симпатичный Александру III и потому назначенный петербургским градоначальником Н.М. Баранов, оказался плохим администратором и вскоре был выслан подальше от столицы. Недолго продержался на посту министра внутренних дел и Н.П. Игнатьев, ранее завоевав доверие императора своими панславистскими призывами, но обнаружив свое намерение созвать Земский собор в полном соответствии со славянофильской доктриной, тут же был устранен. Тем не менее, за 1881-1882 гг. вокруг Александра III сформировалось основное ядро: обер-прокурор Синода Победоносцев, возращенный новым императором к государственной деятельности Д.А. Толстой, М.Н. Островский и И.Д. Делянов.

Ситуация в обществе в первые годы царствования Александра III разительно изменилась. Современники отмечали, что «…после оживленной поры бесед на политические темы в первые же месяцы после вступления на престол Александра III наступила пора уныния, молчания, страха. Даже высокопоставленные лица опасались сказать лишнее слово». Император, получивший престол в зрелом возрасте, во многом руководствовался личными симпатиями, в то время как необходимо было соразмерять желаемое и возможное, нужное и достижимое, видеть ситуацию в перспективе, выбирать исполнителей, сообразуясь с поставленными задачами. Несомненно, Александр III обладал сильным характером, твердых убеждений и принципов, но важных для государственного деятеля качеств ему не доставало. Именно поэтому прямой и открытый характер царя так часто проявлялся в политических делах: в том случае, когда человеческие качества и убеждения совпадали с целями государственной политики, он имел успех; но там, где были необходимы компромиссы, дальновидность, разносторонность – тут его политика была обречена на провал.

Простота и искренность Александра III  была заметна невооруженным глазом в кругу семьи и среди детей. В государственных делах он полагался лишь на собственное мнение и на мнения небольшого круга приближенных лиц. Для составления объективной картины действительности ему не хватало опыта, образования, способностей, но, в то же время, он отказывался созывать Совет Министров, где в его присутствии шло «столкновение мнений». Государственный совет не имел той силы, как в период правления его предшественника, и законы принимались Александром III практически единолично, даже если большинство членов совета проголосовало против утверждения какого-либо из них. Именно так были приняты законопроекты о земских начальниках и судебной контрреформе. Гораздо большим доверием пользовался у Александра III Комитет министров, где можно было легче провести любой закон в силу упрощенной процедуры обсуждения и меньшего количества участников.

Многие исследователи отмечают, что подобная картина наблюдалась и при Николае I, поскольку по своей психологии «хозяина большого поместья, отвечающего за все» они были очень похожи. В этом просматривались свои положительные стороны: Александр III был постоянно в делах, старался вникнуть во все внутренние и внешние проблемы государства, был по-хозяйски бережлив. Хорошо известна история с его штанами, которые ему постоянно чинил слуга. Увидев «большую заплатку» на его рейтузах, министр иностранных дел того времени Н.К. Гире был просто шокирован.

Все это происходило на фоне всеобщего желания использовать ничейные государственные средства в своих целях. В конце 1885 года Бунге делился с Победоносцевым: «Все требуют денег… из государственного казначейства… и для государственных нужд, и для промышленных предприятий, и для собственного благополучия… Если мы берем …с населения более, чем оно может дать, тот понятно, что мы увеличиваем только число просящих милостыню… Рвутся за деньгами и те, которым хочется весело пожить за счет казначейства». Александр III старался экономить за всех, он тяготился разросшейся свитой, расточительностью при дворе, постоянной выдачей орденов по любому поводу. Новый император, дабы уменьшить количество «высочеств» при дворе и сократить расходы на содержание царской фамилии, пошел на изменение утвержденного еще Павлом I закона. Три года ушло на разработку закона, согласно которому титул великих князей сохранялся лишь за детьми и внуками императора, правнуки становились «князьями императорской крови» с сокращением привилегий и выплат. Естественно, закон вызвал недовольство в великокняжеских кругах, но открыто выступить против императора никто не посмел.

Это один из тех законов Александра III, которые показывают, что политику его царствования нельзя оценить как серию реакционных мероприятий. Ряд мероприятий, проведенных императором, являлся развитием реформ 60-х гг. XIX в. К ним относится понижение выкупных платежей, учреждение государственных ипотечных банков, отмена подушной повинности. На этом фоне большим контрастом выглядели законы, вводившие опеку земского начальника над крестьянством, что выглядело как возрождение дореволюционной системы отношений, лишь немного модифицированной. Некоторые реформы и контрреформы Александру III не удалось осуществить: например, попытка преобразовать систему чинопроизводства не дала результата; не смог он сломать и налаженную систему в армии.

Во всех направлениях политики Александр III в первую очередь руководствовался идеей сохранения самодержавия, закрыв, таким образом, возможность конституционного развития России на долгие годы. Поэтому неудивительно, что он настаивал на судебной контрреформе. Немаловажную роль играл и ярко выраженный национализм нового императора, и сословный принцип, проповедуемый им.

Несмотря на твердость и настойчивость, присутствующие  в характере Александра III, его решимость обеспечить своей семье и стране покой и процветание, его политика складывалась тяжело и медленно. Он постоянно испытывал недовольство ходом дел и нерасторопностью министров. Отдых он получал в кругу семьи, члены которой обитали в Гатчине или в Аничковом дворце. Петербург он не любил и часто, особенно в летние месяцы, уезжал всей семьей на яхте. Крылатой стала фраза Александра III: «Когда русский царь удит рыбу, Европа может  и подождать!»  И все-таки, опасаясь за безопасность своей жизни и жизни родных, он был постоянно окружен усиленной охраной, хоть и не испытывал такого ужаса от покушений, как его отец. Единственным разом, когда покушение могло оказаться успешным, был день 1 марта 1887 года.

Среди внутренних событий крупным бедствием был голод 1891 года, который очень тяжело перенес самодержец, ведь десять лет назад улучшение положения крестьян являлось одной из главных задач, им определенных. Другое бедствие, по мнению специалистов, так и не осознанное императором, — это конфликтные взаимоотношения правительственной политики и российской интеллигенции: запрет на свободу собраний, невозможность создания библиотек и научных обществ, жесткая цензура – все предпринятые им меры буквально загнали в оппозицию всю интеллигенцию страны. Контраст был особенно заметен после периода великих реформ Александра II, когда вся интеллектуальная Россия сочла своим долгом принять участие в преобразованиях.

А вот внешнюю политику Александра III можно назвать успешной: в период его царствования не было ни одной войны, хотя конфликты с другими странами, несомненно, были. Учитывая прямолинейный и твердый характер императора, можно гордиться тем, что он смог избежать вооруженных столкновений с Англией, Австро-Венгрией, Германией. Он самостоятельно занимался межгосударственными делами, делая зачастую весьма откровенные и грубые выпады. Недаром сотрудники МИД постоянно испытывали неловкость от прямоты царя и старались подальше припрятать документы с его резолюциями, грозящими вызвать международный скандал. Однако в качестве противовеса в характере Александра III неизменно присутствовали здравый смысл, неприятие войны и знание ее истинной кровавой цены.

Один из самых горячих почитателей Александра III министр финансов С.Ю. Витте считал, что в конце концов император пришел бы к выводу о необходимости либеральных преобразований. Однако проверить это возможности так и не представилось: в октябре 1894 года после продолжительной болезни Александр III скончался, оставив огромную державу своему старшему сыну, которого считал не готовым (есть в этом некая историческая ирония) к государственной деятельности.

 

Рекомендуемая литература

 

Чернуха В.Г. Александр III //ВИ. 1992. №10. С. 46-65.

 

Бенуа А.А. Мои воспоминания. Кн. I-III., М., 1990.

Мещерский В.П. Мои воспоминания. Ч. 2. (1865-1881 гг.). 2-е издание. М., 2003.

Милютин Д.А. Дневник. Т.1-2. 1947, 1949.

Половцов А.А. Дневник государственного секретаря. Т.2. М., 1966.

Перетц Е.А. Дневник (1880-1883). М.-Л., 1927.

Похожие статьи

Вы можете оставить комментарий, или поставить trackback со своего сайта.
Оставить Ответ